По мнению защиты, именно эти двое мужчин являются непосредственными участниками событий, а не наблюдателями
Спасатели извлекли из-под обломков разрушенного здания шестерых пострадавших с травмами различной степени тяжести. Трое из них погибли.
Собственником здания по ул. Энергетиков, 1 является индивидуальный предприниматель Алексей Бурдинский. В сентябре 2025 года ему было предъявлено обвинение по трем статьям: причинение смерти по неосторожности; тяжкого вреда здоровью по неосторожности; уничтожение и повреждение чужого имущества.
ВОДИТЕЛЬ ГАЗЕЛИ
Первый свидетель — бывший сотрудник Алексея Бурдинского — водитель Владислав Климашевский. Именно за ним была закреплена автомашина “Газель”.
По словам Климашевского, он работал слесарем, обслуживал технику в ИП Коземаслова. А также параллельно выполнял разного вида работы у Бурдинского, как правило, был водителем и механиком. Право управлять автомобилем «Газель» у него было закреплено договором, а также ему предоставлялся путевой лист.
— «Газель» была необходима для техобслуживания. База ведь большая, машина перевозила мусор, вещи, какие-то запчасти, инструменты и т.д., — рассказывает Владислав Петрович.
По его словам, состояние у автомобиля было отличное. Машина была исправна, в том числе “мотор и ходовка”. Заправлял он сам ее 1-2 раза в месяц, после чего предоставлял чеки об оплате бухгалтеру Бурдинского.
Кроме того, он сообщил, что правом управлять «Газелью» было еще у нескольких сотрудников Бурдинского. Им также выдавались путевые листы. Они также и заправляли автомобиль.
Климашевский отметил, что «Газель» изначально была оснащена газовым оборудованием, которое по его мнению, тоже было исправно и работало без перебоев.
Ранее Бурдинский рассказывал, что собирался устанавливать второй топливный бак, на что уже получил разрешение. Этот момент уточнила у Климашевского прокурор Мариям Сулейменова.
— Я о таком не знаю, необходимости не было. Я всегда заправлял полный бак, мне хватало и этого, — ответил свидетель.
БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ
Переходя к ЧП 11 декабря 2023 года, Климашевский рассказал, что за несколько дней до взрыва он загнал машину в бокс №2 — на ее установленное место. Температура на улице была ниже — 30 градусов, и водитель боялся, что автомобиль пострадает.
— Машина ездила на воде (прим. автора — в системе охлаждения вместо антифриза залита обычная вода), поэтому глушить ее было нельзя. По этой же причине я ее из бокса не выгонял дня за 4 до взрыва, — сообщил Климашевский.
Однако за день до ЧП машина все же выехала из бокса, правда, за рулем был не сам Климашевский. Он рассказал, что передал машину сыну арендатора Мырзабека Курганбаева, чья техника тоже стояла в боксе. По делу он проходит как пострадавший. К слову, права управлять автомобилем у него не было.
— Я передал машину гражданину Д (имя скрыто по просьбе свидетеля). Сказал ему, что отдаю машину под его ответственность. К тому же, он уже брал машину до этого за 1-1,5 года. Он просил меня весь день, я сначала отказывал, потом согласился. Это было 10 декабря днем, где-то после обеда. Куда он ездил я не знаю, его не было пару часов, — вспоминает Владислав Петрович.
При этом он сообщил, что гражданина Д. он заправлять машину не просил. А после заправки получил от него чек по WhatsApp.
Адвокат Бурдинского Марат Шуакпаев поинтересовался, считает ли он себя виноватым.
— Да, считаю себя виноватым что дал машину без спроса у собственника. И переложил ответственность на другого человека, — ответил Климашевский.
Также защитник уточнил, что как механик Климашевский должен был знать, что завозить машину в теплый бокс с мороза может быть опасно.
— На улице было около минус 40 градусов. Гражданин Д. заправил автомобиль с полным газовым баллоном и поставил его в теплый бокс. Как вы на это отреагировали? — спросил Шуакпаев.— Я и сам так неоднократно делал. К тому же, меня тогда в боксе не было. Он позвонил мне и сказал, что поставил машину на место, — ответил свидетель.
При этом он уточнил, что до происшествия автомобиль выглядел исправным.
— Машина была целая. Никаких утечек или запаха газа я не замечал, — сказал он.
ВЗРЫВ
В день взрыва Климашевский находился на территории базы, а также заходил в бокс №2. И видел, что там находились люди. А также видел находившийся там газовый баллон и пушку для обогрева.
Когда произошел взрыв, Владислав подходил к двери бокса №2, после чего его снесло взрывной волной. Перед этим ему звонила Коземаслова, которая услышала хлопок и попросила прийти проверить все ли в порядке.
Отойдя от удара, он позвонил в 102 и прочие инстанции, сообщив о взрыве. Свидетель сообщил, что именно он после взрыва перекрыл кран от газовых труб в боксе, которые повредились в результате взрыва и откуда шел газ.
После этого свидетель неожиданно рассказал обстоятельство, о котором ранее в материалах дела не упоминалось.
По его словам, уже после происшествия один из работников рассказал ему, что незадолго до взрыва почувствовал запах газа и попытался открыть большие ворота бокса, чтобы проветрить помещение.
— Он рассказывал, что почувствовал запах газа и пошел открывать большие ворота. В этот момент что-то прилетело ему в голову, — сообщил свидетель.
Адвокат уточнил, видел ли свидетель это лично.
— Нет, мне об этом рассказал молодой парень, водитель одного из арендаторов, — пояснил он.
По словам свидетеля, позже ему также рассказали, что ворота были открыты около десяти минут, однако затем кто-то крикнул закрыть их, чтобы не охлаждать помещение, после чего ворота снова закрыли.
Далее адвокат обратил внимание на противоречия между показаниями свидетеля в суде и его словами, зафиксированными в материалах уголовного дела.
— Получается, в материалах дела неверно указано, что вы считаете причиной взрыва утечку газа? — спросил защитник.
Свидетель пояснил, что сейчас сформулировал бы это иначе.
— Я бы сказал, что причиной стала не просто утечка газа, а образование газовоздушной смеси, — ответил он.
Адвокат уточнил, действительно ли в ходе следствия свидетель говорил именно об утечке газа.
— Скорее всего, это так записал следователь. Я не могу сказать, что именно говорил тогда, — пояснил свидетель.
Защитник обратил внимание суда, что в протоколе допроса содержится прямая фраза: «Считаю, что причиной взрыва послужила утечка газа».
Адвокат также расспросил свидетеля о том, что происходило на территории после взрыва.
Свидетель рассказал, что с территории вывозили строительный мусор.
— Мусор вывозили КамАЗом. Работали погрузчик и грузовик, расчищали территорию, чтобы могли проехать фуры, — пояснил он.
СВИДЕТЕЛЬ С АДВОКАТОМ
Второй свидетель гражданин Д. пришел на заседание вместе в адвокатом. Он является сыном одного из арендаторов Бурдинского и знаком с Алексеем Григорьевичем с самого детства, так как помогал отцу с ведением дел.
Адвокат спросил, какие автомобили находились в боксе накануне происшествия, однако свидетель ответил, что уже не помнит.
Далее защита перешла к вопросу использования «Газели». Свидетель подтвердил, что ездил на этом автомобиле, но, по его словам, только рядом с территорией и с разрешения Климашевского.
— Мне понадобилась «Газель». Я подошел к Владу и сказал, что мне нужно съездить. Ему было некогда, он был занят, поэтому разрешил взять машину. Я съездил и вернул ее обратно, — пояснил свидетель.— Кто попросил вас заправить машину? — спросил адвокат.— Влад попросил. Сказал заправить, я заехал на заправку и заправил, — ответил свидетель.
По словам свидетеля, уже по дороге обратно на базу Климашевский отправил ему голосовое сообщение и попросил поставить автомобиль на прежнее место.
После этого адвокат спросил, было ли у свидетеля официальное разрешение или право управлять данным автомобилем.
— Может, было, может, не было. Не помню, — сказал он.
Не помнил свидетель очень многое, ссылаясь на давность событий. В том числе, на какой машине в тот день приезжал на базу, просил ли разрешения на управление «Газелью» у Бурдинского и какие были номера. Более того, он даже точно не смог вспоминить, куда ездил 10 декабря 2023 года на авто Бурдинского. Хотя, как отметил адвокат Шуакпаев, ранее он по этим вопросам уже давал показания на этапе следствия. Сосредоточиться на событиях того дня попросил также судья Олжас Баяков.
— У суда складывается мнение, что вы умышленно что-то скрываете или у вас проблемы с памятью. Прошу вас вспомнить события и рассказать о них суду, — сказал он.
Далее к допросу приступила гособвинитель Сулейменова. Она спросила известно ли свидетелю о том, что сторона защиты просит привлечь его и Климашевского к уголовной ответственности по данному делу.
— Впервые об этом слышу, — начал свидетель, н был прерван своим адвокатом. Тот настоял на том, что это не доказано и потребовал предоставить ходатайство стороны защиты.
ПЕРЕКРЕСТНЫЙ ДОПРОС
Учитывая расхождение в ряде показаний свидетелей был проведен перекрестный допрос. Где выяснилось, что Климашевский все же просил гражданина Д. заправить «Газель», хотя несколькими часами ранее он говорил обратное.
А вот отказывал ли Климашевский второму свидетелю в пользовании «Газели» изначально, Гражданин Д. не помнит.
— Нужно было ремонтировать автомобиль, поэтому я ему отказал. Но потом все же разрешил под его ответственность, — утверждает Владислав.
Аналогичный вопрос о чувстве вины задал адвокат Шуакпаев и второму свидетелю.
— Какое отношение у вас к этому происшествию? — спросил защитник Бурдинского.
— Не знаю, как ответить, — сказал второй свидетель.
В полемику со свидетелями вступил и сам Бурдинский. Он спросил зачем они распоряжались машиной, которая стояла в боксе на ремонте, без его ведома. Оба свидетеля ясно на этот вопрос не ответили.
— Если бы «Газель» не выезжала из бокса, что бы было? Она ведь могла там еще 10 лет простоять, но ее без моего ведома выгнали на улицу на мороз, заправили, а потом загнали в теплый бокс. И теперь, по мнению следствия, из-за этого произошел взрыв. Если бы гражданин Д. не трогал ее и не заправлял, что бы было? — спросил Алексей Григорьевич.
Данный вопрос вызвал протест у прокурора, так как он предположительный. И ответ на него так и не прозвучал.
Маргарита ВОЛКОНСКАЯ, фото автора
