Затянувшееся дело Мухтара Аблязова остается неприятной аномалией
Отношения ЕС с Казахстаном стали более глубокими, стратегическими и значительно более ценными, однако затянувшееся дело Мухтара Аблязова остается неприятной аномалией: в европейских юрисдикциях переплелись политическая защита, гражданские иски о мошенничестве и поиск пропавших активов на миллиарды долларов, пишет Гэри Картрайт в EU Today
Когда в 2019 году мы опубликовали книгу «Разыскивается: история Мухтара Аблязова», я надеялся, что ее намеренно провокационный подзаголовок —«Руководство для преступников о том, как избежать наказания в ЕС» — со временем утратит актуальность.
Спустя семь лет проблема не в том, что ничего не произошло. Как раз наоборот. Произошло невероятное количество событий в невероятном количестве судов, но ничего похожего на развязку так и не появилось.
Тем временем отношения Европы с Казахстаном стремительно развиваются.
ЕС стал крупнейшим торговым партнером Казахстана и его ведущим иностранным инвестором. В 2025 году объем торговли товарами достиг 41,4 млрд евро, а сотрудничество вышло за рамки нефтегазовой отрасли и распространилось на важнейшее сырье, транспорт, цифровизацию и новые технологии.Соглашение о расширенном партнерстве и сотрудничестве, действующее с 2020 года, обеспечивает институциональную основу для дальнейшего развития отношений. В июне этого года Брюссель и Астана вновь назвали ЕС ведущим торговым и инвестиционным партнером Казахстана.
Это делает дело Аблязова не менее, а более заметным.
Что на самом деле решили английские суды
Мухтар Аблязов покинул Казахстан в 2009 году после того, как БТА Банк был взят под государственный контроль, и впоследствии обосновался в Великобритании. БТА Банк преследовал его в английских судах, обвиняя в масштабном незаконном присвоении банковских активов.
Иногда все, что происходило дальше, описывают просто как обвинение. Это уже не соответствует действительности.
В рамках нескольких судебных разбирательств BTA добилось вынесения решений против Аблязова на сумму около 4,6 миллиарда долларов.Английские суды также наложили на него международные запреты и обязали раскрыть информацию об активах.В 2012 году судья Тир признал Аблязова виновным в неуважении к суду, в том числе за непредоставление достоверных сведений об активах и распоряжение активами в нарушение судебных постановлений.Он был приговорен к 22 месяцам тюремного заключения;Апелляционный суд впоследствии оставил в силе обвинительный приговор.
Аблязов покинул Великобританию, вместо того чтобы сдаться властям. В 2019 году Высокий суд выдал новый ордер на его арест.
Франция усложнила ситуацию
Именно во Франции различие между политическим преследованием и финансовой ответственностью стало особенно важным.
Аблязов был арестован недалеко от Канн в июле 2013 года. Впоследствии Франция одобрила его экстрадицию в Россию, но в 2016 году Государственный совет отменил указ об экстрадиции, посчитав запрос российской стороны политически мотивированным. Правозащитные организации также утверждали, что в случае экстрадиции Аблязов может подвергнуться жестокому обращению или несправедливому судебному разбирательству.
Это решение имело значение.Но оно не отменило гражданские решения, вынесенные в Англии.
Это различие слишком часто упускают из виду. Запрос об экстрадиции вполне может иметь политическую подоплеку, в то время как суды в другой юрисдикции отдельно устанавливают гражданскую ответственность на основании финансовых доказательств.
Позже Франция начала собственное расследование обвинений в адрес BTA. Вопреки утверждениям о том, что этот процесс просто продолжается, ситуация существенно изменилась в апреле 2025 года, когда следственная палата Апелляционного суда Парижа отменила обвинения против Аблязова на том основании, что французские суды не обладают юрисдикцией. Это была процедурная победа Аблязова, но не отмена решения английского суда.
В этом и заключается особенность этого дела: разные европейские суды отвечают на разные юридические вопросы, и ответы не вписываются в политическую картину, которую предпочитает каждая из сторон.
Следуйте за решениями суда, а не за виллами
Есть соблазн объяснить пропавшие миллиарды историями о дорогих парижских квартирах, итальянских виллах и плате за обучение в частных школах.Такие детали красочны, но без данных о земельных участках, договорах аренды или банковских выписок они мало что доказывают.
Более убедительной является документальная версия.
В ходе судебных разбирательств в Англии были изучены сети компаний, номинальных владельцев и активы, которые, по мнению судей, были связаны с Аблязовым. Позднее судебный процесс продолжился в США. В декабре 2022 года федеральное жюри присяжных на Манхэттене вынесло решение в пользу BTA Bank и города Алматы против компании Triadou SPV в судебном разбирательстве по делу о деньгах, вложенных в американские инвестиции. Сумма компенсации превысила 100 миллионов долларов с учетом последующих процентов.
Дело также затронуло родственников и знакомых Аблязова.В ходе судебных разбирательств в Англии его шурин Сырым Шалабаев был назван важным лицом, участвующим в управлении активами; позже Литва предоставила Шалабаеву статус беженца и отклонила запросы о его экстрадиции.
Издание EU Todayранее уже рассматривало политическую и лоббистскую экосистему вокруг Аблязова.Сейчас более важный вопрос заключается не в том, имеет ли он право критиковать правительство Казахстана.Конечно, имеет.
Вопрос в том, должна ли политическая оппозиция каким-то образом игнорировать его судимость.
С момента выходадокументального фильмаWanted Man в 2019 году отношения между ЕС и Казахстаном значительно укрепились. Правовое положение Аблязова во Франции изменилось. Американское судебное разбирательство продвинулось. Тем не менее главное противоречие остается практически неизменным.
Европе не нужно решать, является ли Мухтар Аблязов диссидентом или финансистом, прежде чем она ознакомится с балансовым отчетом или судебным решением.Это два разных вопроса.
Спустя семнадцать лет провести между ними различие должно быть уже не так сложно.
