Напомним, что автор ютуб-канала Миршат Сарсенбаев обвиняется в вымогательстве у птицефабрики Маишева
Допрос потерпевшего, прибывшего в зал судебного заседания 15 января, длился почти 2 часа.
Кайрат Маишев пояснил, что в конце января-начале февраля 2025 года он увидел в Ютубе ролик о своем предприятии, где была «показана ситуация» (о свалке близ птицефабрики — прим.ред.).
— Так я узнал о человеке, сидящем здесь, — сказал Маишев. — Я его первый раз увидел на канале, второй раз — сейчас здесь. Честно, я даже фамилии его не знаю.
— Сарсенбаев, — подсказывал потерпевшему его адвокат Игорь Шишов.
— У меня как у собственника возник вопрос, почему так вышло, был вопрос к производственному профилю. У меня есть соглашение с Шишовым на юридические услуги, и было принято решение, чтобы он посмотрел юридически на эту ситуацию, — продолжил свой рассказ Кайрат Маишев.
Но конкретных поручений ни ему, ни Шишову потерпевший, как он заверяет, не давал. В частности, не просил встречаться с автором видеоролика и не просил передавать ему деньги. Дальнейшие решения, как действовать, Шишов принимал уже самостоятельно.
— К вам обращался Сарсенбаев или кто-то другой с желанием снять фильм о птицефабрике? — задал вопрос потерпевшему прокурор Еркебулан Айтбаев.
Маишев ответил, что нет. Чуть позже сам Миршат Сарсенбаев уточнит, что с этой просьбой он подходил к начальнику службы безопасности Маишева и просил передать ее директору птицефабрики.
Сам потерпевший не помнит, передавали ли ему эту просьбу. Возможно, что да, но, по словам Маишева, так как он в таких услугах в принципе не нуждается, мог и не взять это предложение по внимание.
Что касается нарушения птицефабрики, то с ними директор согласился.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
— Да, нарушения были явные. Персонал, принявший такое решение, проявил оплошность. Был вынесен акт о нарушении и устранении, с этим никто не спорит. Мы виновны — мы ответим перед законом, — подчеркнул Кайрат Маишев.
— Докладывал ли вам Игорь Шишов, как именно решал проблему? — спросил прокурор.
— Мне сказали, что состоялся разговор (между Шишовым и Сарсенбаевым), были озвучены условия, как можно все это закончить, — надо просто заплатить, и от нас отстанут, либо он продолжит портить нашу репутацию, так как у него еще много компрометирующих роликов, — сказал потерпевший. — Я отказался, это не наш уровень, чтобы заниматься такими делами, и поручил идти законным путем. Я так понял, что от нас потребовали грузовой автомобиль «Шакман» или 20 млн тенге. В последующем Шишов докладывал, что было подано заявление в полицию, ведется следствие. В детали я не вникал. Он юрист, он знает.
— Вы тогда не знали, что вас оштрафуют? — следовали еще вопросы.
— Я посмотрел ролик и уже сразу понял, что там есть нарушение, будет штраф, — кивнул Маишев.
Далее, продолжил потерпевший, он вопросом «конфликта» с блогером не занимался, а доверился своему юристу и дал поручение исполнительному директору (к слову, своему младшему брату Даулету Маишеву — прим.ред.) «оказать содействие в рамках закона».
Много вопросов потерпевшему задавали адвокаты Миршата Сарсенбаева. Так, Эльмира Санкаева уточняла, соответствует ли действительности опубликованное блогером видео.
— То, что было показано — да, что говорилось блогером — нет, — пояснил Маишев. — Он рассказывал в видео, что нужно делать с пометом, как такое добро пропадает, как нам нужно делать правильно… Учил меня, как работать, не имея профильного образования и опыта. Я с этим не согласен. Поверьте, мы признаем, что мы не правы, но так дела не делаются: взять камеру и на всю страну объявить, что бизнесмен ужасно обращается с животными, экологией… А вы как поступили и как поступаете?
— Так это же нарушение закона! — обронил реплику подсудимый Миршат Сарсенбаев.
— Так вымогательство — это тоже нарушение закона, — ответил ему Игорь Шишов.
— Как вы считаете, это видео — форма общественной критики или средство давления на бизнес? — спросила адвокат подсудимого Снежанна Жукова.
— Не знаю даже. То, что он увидел, имеет место быть. Но я в сторону отойду: если мы хотим помочь друг другу, болеем за свой район, то, мне кажется, в этой ситуации можно было бы приехать на предприятие и рассказать обо всем. Может, диалог бы получился. А то сейчас каждый блогер на телефон снимает.
— Вы отрицательно относитесь к блогерам? — поинтересовалась Жукова.
— Я считаю, их нужно предать закону. Тогда эта категория людей будет ценить и уважать и свою работу, и работу других. Ничего страшного — сказал, обвинил. Это для нас тоже экзамен, мы тоже не идеальные, мы тоже ошибаемся. Но вымогать, шантажировать — это не инструмент, это так не работает.
Кайрат Маишев считает, что штрафы, которые заплатило его предприятие за нарушения, ущербом для компании не являются, но распространяемая негативная информация, касающаяся птицефабрики, привела бизнес к ощутимым потерям. Документальных подтверждений этому нет, но, как выразился предприниматель, «здесь даже не надо делать анализ».
— Объясню, как работает бизнес: когда идет негативная информация, инвесторы сомневаются, давать ли нам деньги. Пока не закончится суд, с нами не работают. Мы не развиваемся, а это, соответственно, выручка, доходы, — объяснил Кайрат Маишев. — Я не произвел 2 тысяч тонн мяса, а это 2 млрд тенге. Достаточно?
— Это из-за Сарсенбаева? — уточнила Снежанна Жукова.
— Конечно! Потому что мы в суде! Финансовый институт нас не финансирует, пока мы не выйдем из суда! — сказал на эмоциях Кайрат Маишев. — Я получил финансовый и моральный ущерб. У меня такие претензии.
— А вы обсуждали с Шишовым решение этого информационного конфликта без полиции? Почему не ограничились подачей иска о защите деловой репутации? — спрашивала сторона защиты.
— Я же не юрист, я не знаю, как правильно. Как юристы говорят, они профессионалы, я им доверяю, — считает Маишев.
— А почему вы не захотели пригласить к себе человека, если он, по словам Шишова, угрожает и что-то требует? — прозвучал еще один вопрос от Миршата Сарсенбаева.
— Когда мне передают такие «приветы», я считаю, что нет надобности встречаться. Этот мир не такой доброжелательный, к сожалению, и я по своему опыту научился не встречаться с такими людьми, а обращаться в правоохранительные органы. Пусть они разбираются, правда это или нет, — пояснил свою позицию потерпевший. — Я так понял, что человек охотится за предприятием, что-то выявляет, хотя вроде и полномочий таких не имеет.
— А почему вы не сказали Шишову, что не надо с этим человеком разговаривать, не слушать его? Меня бы тогда здесь не было! — заметил Сарсенбаев.
— Знаете, сейчас мы все красноречивые. Но на сердце вы знаете всю правду. Мы заплатили штраф, но у вас еще масса роликов. И они все выйдут, если я не заплачу. Будете нас кошмарить. Взятки, раздачи — мы так не работаем, как вы привыкли, — эмоционировал Маишев.
— Так вы сами же этих требований не слышали! — не соглашался блогер.
— Если бы я не доверял ему (Игорю Шишову), я бы с ним не работал. Вы сейчас говорите то, что вам нужно. Доверьтесь суду, доверьтесь Всевышнему. Если мы не правы, вы выйдете с чистой совестью, — заключил Маишев.
— В одном из диалогов Шишова и Сарсенбаева была фраза «Меня «отжарят», если не будет соглашения». Звучали нелицеприятные вещи, которые могут за этим последовать. Что это означает в деловой среде? — спросила Маишева Жукова.
— Я первый раз такое слышу. Некорректный вопрос вы мне задали, — отрезал потерпевший.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
Он же потом конкретизировал, что не давал поручений Шишову любой ценой закончить этот конфликт и не оказывал на него давления.
— Какова ваша позиция в отношении Сарсенбаева? — уточнила Снежанна Жукова.
— Если ты прав, то закон на твоей стороне. Ужасного в этом человеке ничего не вижу, но никто не знает, что у него на сердце. Я доверяю суду и следствию, которое поставит точку, — ответил Кайрат Маишев.
Адвокат Эльмира Санкаева заявила, что в показаниях потерпевшего имеются противоречия. Так, на допросе от 11 февраля 2025 года он указывал, что опубликованное видео не соответствует действительности и что Сарсенбаев не предъявлял денежные требования.
— В протоколе указано только про «Шакман». Звучала ли сумма? Или вы домыслили, что если не машина, то его стоимость? — пыталась добиться конкретики Эльмира Санкаева.
Маишев пояснил, что насчет видео изначально мог ошибиться, а по требованиям понял так: если не сама грузовая машина, то можно отдать деньгами, что в эквиваленте будет 20 млн тенге.
При этом Миршату Сарсенбаеву перекинули через забор 15 млн тенге. Почему?
— Как-то они сторговались и остановились на 15 млн, — сказал Маишев.
— Это тоже Шишов доложил? — продолжила Санкаева.
— Да, — ответил потерпевший.
Адвокат блогера подчеркнула, что заявлений в полицию, поданных Игорем Шишовым, было два. В первом указано 10 млн тенге, во втором — «Шакман» и 20 млн тенге.
— Была ли угроза о физической расправе при непоступлении денег? — продолжала допрос Санкаева.
— Не помню, — сказал Маишев.
— Предложение о «сторговаться» на 15 млн поступило от Шишова или Сарсенбаева? — поддержала коллегу Снежанна Жукова.
— Я не помню, от кого это было. Я не сидел на переговорах, — заключил Кайрат Маишев.
Допрос получился местами очень эмоциональным. Адвокаты цеплялись друг к другу, просили сделать замечания, прокурор тоже не оставался в стороне.
Снежанна Жукова несколько раз обращала внимание, что Кайрат Маишев во время допроса, стоя за трибуной, пользовался телефоном и отвлекался. Он же аргументировал это тем, что работает и что у него в подчинении 800 человек.
Татьяна ФАЙЛЬ, фото и видео автора
Ранние материалы по теме:
Блогер Миршат Сарсенбаев, находящийся в СИЗО, объявил голодовку
«Я ничего не получал»: в суде по делу блогера Миршата Сарсенбаева изучают видео обыска
Прекратить уголовное дело в отношении Миршата Сарсенбаева ходатайствуют его адвокаты
